Из всего, что помнится
Этой бессонной ночью
Вспоминается о тебе сначала
Почему-то именно это.

Мы с тобой в августе,
На лежаках смотрим на воду
(На другом берегу — Албания),
Говорим о том,
Как все ещё впереди,
Как дальше
Мы будем жить вдвоем:
Обустраивать общий дом, расклеивать постеры
По комнате,
Передвигать мебель:
В каком месте будет стол, а где кровать,
Где поставим кресло
И как наконец-то сможем
Без оглядки на всех
Засыпать вместе.

У тебя янтарные волосы,
Выжженные на солнце, веснушки,
Капли воды на лице,
И в меня будто лиру встроили:
Вся душа постоянно поет.

Это потом буду долго думать,
Искать момент, когда все не так пойдет.
Когда мы начнем недоговаривать
И молчать в становящейся тесной
Комнате.
Когда мы будем в разное время ложиться спать,
И я, засыпая, буду поворачиваться непременно к тебе спиной
(Единственное, за что до сих пор я себя виню).

Это потом буду пытаться понять эту химию
И психологию, найти способ все починить,
Найти точку, где мы стали недостаточно
Друг друга любить,
Где надломилось что-то,
И какой нам тут нужен скотч.

К каким докторам обратиться,
Чтобы могли помочь?
Чтобы вылечили это «мы»?
Чтобы не «ты» и «я»
Отчужденные вместо «нас».
И каков вообще в данной ситуации
Шанс?

Старался я уловить,
Как из любовников превращаемся
В сестру и брата
В приятелей и друзей.
Через какую щель теряется что-то,
Что делало нас родней?
И какой мне взять клей,
Чтобы схватилось, да поскорей?

Когда мы все же расстались,
(Не без попыток сойтись) —
Я думал об этом ещё.
Думал, думал и думал.
Ответов я не нашел.